пользователей: 26805
предметов: 11633
вопросов: 212270
Конспект-online
РЕГИСТРАЦИЯ ЭКСКУРСИЯ

Т. Парсонс об обществе как самодостаточной социальной системе.

Мы рассматриваем социальные подсистемы как составную часть более общей системы действия, другими составляющими которой являются культурные подсистемы, личностные подсисте­мы и поведенческие организмы, — все это абстракции, аналити­чески вычленяемые из реального потока социального взаимодей­ствия. Три перечисленные подсисте­мы общей системы действия трактуются по отношению к соци­альной подсистеме как компоненты ее окружающей среды. Для понимания последующего изложения важно помнить, что ни социальная, ни личностная подсистемы не являют собой нечто реально существующее.

Различение четырех указанных подсистем действия носит функ­циональный характер. Оно проводится на основе четырех первичных функций, присущих любым сис­темам действия, — это функции воспроизводства образца, интег­рации, целедостижения и адаптации.

Первичная интегративная проблема любой системы действия состоит в координации составляющих ее элементов, прежде всего человеческих индивидов и коллективов.

За культурной системой закрепляется в основном функция со­хранения и воспроизводства образца, равно как и творческого его преобразования.

Личности индивида отводится главным образом исполнение целедостиженческой функции. Личностная система — это глав­ный исполнитель процессов действия и, значит, воплощения куль­турных принципов и предписаний. На уровне вознаграждения, в смысле мотивации, главной целью действия является обеспечение личных потребностей или удовлетворенность личности.

Поведенческий организм трактуется как адаптивная подсистема, как сосредоточение основных возможностей человека, на которые опираются остальные системы. В нем содержатся условия, с кото­рыми должно сообразовываться действие, и основные механизмы взаимодействия с физической средой, в частности механизм получе­ния и обработки информации в центральной нервной системе и механизм двигательной реакции на требования физической среды. Все эти взаимосвязи представлены в Таблице 1.

Таблица 1. Система действия

 

Подсистемы

Преимущественная функция

1) Социальная подсистема

Интеграция

2) Культурная подсистема

Воспроизводство образца

3) Личностная подсистема

Целедостижение

4) Поведенческий организм

Адаптация

 

 

Есть две системы реальности, которые по отношению к сис­теме действия являются ее средой. Первая — это фи­зическая среда, которая включает в себя явления, опи­сываемые физикой и химией, и мир живых организ­мов, если они не интегрированы в систему действия. Вто­рую систему, независимую от фи­зической среды и от самих систем действия, назовем в русле философских традиций “высшей реальностью”. Это то, что М. Вебер называл “проблемой смысла” человеческих дейст­вий, и что связано с системой действия посредством смысловых ориентаций, кото­рые включают в себя познавательные “ответы”, но не только их.

При анализе взаимоотношений между четырьмя подсистема­ми действия, а также между ними и средой действия важно не упускать из виду явление взаимопроникновения. Например,интернализацию социальных объектов и культурных норм в лич­ности индивида. Другими примерами являются приобретаемое пу­тем обучения содержание опыта, которое хранится в памяти индивида, а также институционализация нормативных компонентов культурных сис­тем в качестве конститутивных структур социальных систем. Граница между любой парой систем действия представляет собой “зону” структурных компонентов, которые могут рассматриваться как при­надлежащие обеим системам. Так, например, извлекаемые из социального опыта нормы поведения, которые и 3. Фрейд (в понятии суперэго), и Э. Дюркгейм (в понятии коллек­тивного сознания) считали составной частью личности, должны считаться и частью социаль­ной системы.

Именно благодаря зонам взаимопроникновения может осущест­вляться процесс взаимообмена между системами. Это особенно верно в отношении уровней символических значений и обобщен­ных мотиваций. Чтобы быть способными к символической “ком­муникации”, индивиды должны располагать общими для них куль­турно организованными кодами (например, языком), которые одновременно интегрированы и в системы их социальных взаи­модействий. Чтобы личность могла пользоваться хранящейся в центральной нервной системе информацией, поведенческий ор­ганизм должен иметь механизмы мобилизации и поиска, кото­рые посредством интерпретации обслуживают мотивации, орга­низованные на личностном уровне.

Таким образом, социальные системы предстают как системы “открытые”, находящиеся в состоянии постоянного взаимообме­на на входах и выходах в окружающую среду. Кроме того, они изначально дифференцированы на различные подсистемы, кото­рые также постоянно вовлечены в процессы взаимообмена.

Социальные системы — это системы, образуемые состояниями и процессами социального взаимодействия между субъектами. Если бы свойства взаимодействия можно было вывести из свойств действующих субъектов, то социальные сис­темы были бы эпифеноменом, на чем настаивают “индивидуа­листские” социальные теории. Наша позиция резко проти­воположна. Она исходит, в частности, из утверждения Дюркгейма, согласно которому общество есть реальность sui generis (в своем роде).

Структуру социальных систем можно анализировать, приме­няя четыре типа независимых переменных: ценности, нормы, кол­лективы и роли. Ценности занимают ведущее место в том, что касается исполнения социальными системами функции по со­хранению и воспроизводству образца, так как они суть не что иное, как представления о желаемом типе социальной системы, которые регулируют процессы принятия субъектами действия оп­ределенных обязательств. Нормы, основная функция которых — интегрировать социальные системы, конкретны и специализиро­ваны применительно к отдельным социальным функциям и ти­пам социальных ситуаций. Они не только включают элементы ценностной системы, конкретизированные применительно к со­ответствующим уровням в структуре социальной системы, но и содержат конкретные способы ориентации для действия в функ­циональных и ситуационных условиях, специфичных для определенных коллективов и ролей. Коллективы принадлежат к числу тех структурных компонентов, для которых наиболее важна целедостиженческая функция. Отбрасывая многочисленные случаи крайне неустойчивых групповых систем, таких, как толпа, мы считаем коллективом только такие, которые отвечают двум кри­териям. Во-первых, они должны иметь определенный статус член­ства, так что в целом может быть проведено четкое различение членов и не членов данного коллектива — критерий, примени­мый в широчайшем спектре случаев — от элементарной семьи до политических сообществ. Во-вторых, внутри коллектива должна наличествовать дифференциация его членов по статусам и функ­циям, так что от некоторых членов ожидается, что они будут де­лать нечто определенное, то — чего не ожидают от других. Роль — это такой структурный компонент, который в первую очередь выполняет адаптивную функцию. С ее помощью определяется класс индивидов, которые посредством взаимных ожиданий вклю­чаются в тот или иной коллектив. Поэтому роли охватывают ос­новные зоны взаимопроникновения социальной системы и лич­ности индивида. Какая-то отдельно взятая роль, однако, никогда не составляет отличительную особенность конкретного индиви­да. Отец является особенным отцом только для своих детей, с точки же зрения ролевой структуры своего общества он всего лишь один из категории отцов. Одновременно он также участвует во множестве других видов взаимодействия, например, выполняет свою роль в профессиональной структуре.

То, что социальные системы представляют собой реальность sui generis, в частности, означает, что все перечисленные типы их структурных компонентов являются по отношению друг к другу независимыми переменными. Так, например, высокоабстрактные ценностные образцы вовсе не всегда узаконивают одни и те же нормы, коллективы и роли при любых обстоятельствах. Точно так же многие нормы регулируют действия бесчисленного мно­жества коллективов и ролей, но лишь в определенной части их действий. Поэтому коллектив обычно функционирует под кон­тролем большого числа специальных норм. В нем всегда наличе­ствует множество ролей, хотя почти каждая значительная роль исполняется во множестве конкретных коллективов. Тем не ме­нее социальные системы состоят из комбинаций этих структур­ных компонентов. Чтобы достичь стабильной институционализации, коллективы и роли должны “руководствоваться” конкрет­ными ценностями и нормами, а сами ценности и нормы институционализируются только постольку, поскольку они “воплоща­ются в жизнь” конкретными коллективами и ролями.

ПОНЯТИЕ ОБЩЕСТВА

Мы определяем общество как такой тип социальной системы, который обладает наивысшей степенью самодостаточности от­носительно своей среды, включающей и другие социальные сис­темы7. Полная самодостаточность, однако, была бы несовмести­ма со статусом общества как подсистемы системы действия. Лю­бое общество для сохранения себя в качестве системы зависит от того, что оно получает в порядке взаимообмена с окружающими системами. И, значит, самодостаточность в отношении среды оз­начает стабильность отношений взаимообмена и способность кон­тролировать взаимообмен в интересах своего функционирования. Этот контроль может варьироваться от способности предотвра­тить или “пресечь” какие-то нарушения до способности благо­приятным для себя образом формировать отношения со средой.

Физическая среда имеет для общества адаптивное значение в том смысле, что она является непосредственным источником ма­териальных ресурсов, которые используются обществом посредст­вом своих производственных, технологических и экономических механизмов. Распределение доступа к материальным ресурсам, будучи связано с системой разделения труда через экологический аспект жизни общества, требует решения вопросов территориаль­ного размещения различных подгрупп населения, а также закреп­ления за ними различных экономических интересов. У физичес­кой среды есть и второй значимый для общества аспект (ввиду важности физической силы для сдерживания нежелательных дей­ствий), в соответствии с которым эффективное социетальное целедостижение нуждается в контроле за действиями в пределах оп­ределенной территории. Поэтому мы имеем дело с двумя проявле­ниями самодостаточности общества, которые относятся, соответ­ственно, к экономическому и политическому функционированию в отношениях с физическим окружением — через технологию и организованное использование силы при исполнении военных и полицейских функций.

Третье проявление социетальной самодостаточности относится к личностным системам индивидуальных членов общества, нахо­дящихся в особого рода взаимопроникновении с его организма­ми. Организм непосредственно связан с территориальным ком­плексом по той простой причине, что действия всегда свершают­ся в каком-то месте. Но его основная связь с социальной системой осуществляется через личность; главная зона взаимопроник­новения — это статус членства. Общество может быть самодоста­точным только в той мере, в какой оно может “полагаться” на то, что деяния его членов будут служить адекватным “вкладом” в его социетальное функционирование. В случае взаимоотношений лич­ности и общества их абсолютная интеграция необходима не более, чем в других случаях взаимообмена, предполагающих самодоста­точность. Но если подавляющее большинство членов какого-то общества испытывает крайнее “отчуждение”, то говорить об этом обществе как о самодостаточном нельзя.

Интеграция в общество его членов подразумевает наличие зоны взаимопроникновения между социальной и личностной система­ми. Однако отношение здесь в основном трехстороннее, поскольку части культурной системы, так же как и части социальной струк­туры, интернализованы в личностях, но в то же время части куль­турной системы институционализированы в обществе.

На социальном уровне институционализированные ценност­ные образцы выступают в виде “коллективных представлений”, которые определяют желаемый тип социальной системы. Эти пред­ставления соотносятся с концепциями типов социальных систем, с помощью которых индивиды ориентируются в качестве членов общества. Именно консен­сус членов общества по поводу ценностной ориентации означает институционализацию ценностного об­разца. Поэтому самодостаточность определяется степе­нью, в которой институты общества легитимизированысогласованными ценностными приверженностями его членов.

На уровне культуры социальные ценности составляют часть более обширной системы ценностей, ибо оценке под­лежат и все иные классы объектов, входящие в систему действия. Ценности также находятся в определенных отношениях с други­ми компонентами культурной системы — эмпирическим знанием, экспрессивными символами и символи­ческими структурами, образующими ядро религиозных систем.

В конечном счете, ценности легитимизируются главным образом в религиозных терминах. В контексте культурной легитимизации, таким образом, общество является самодостаточным в той мере, в какой его институты легитимизированы ценностями, которые раз­деляются его членами с относительным согласием и которые в свою очередь легитимизированы благодаря соответствию членов общества другим компонентам культурной системы, в особеннос­ти ее конститутивному символизму.

Важно помнить, что культурные системы не полностью совпа­дают с социальными системами, включая и общества. Наиболее значительные культурные системы обычно бывают, в различных вариантах, институционализированы во множестве обществ, в ко­торых наличествуют и субкультуры. Например, культурная систе­ма, сложившаяся на базе западного христианства, является общей, но со множеством оговорок и вариантов, для всей европейской сис­темы модернизованных обществ.

Далее обсудим два способа отношений одного общества к другим. Во-первых, все об­щества, о которых можно говорить как о “политически органи­зованных”, находятся с другими обществами в различного типа “международных отношениях”, дружественных или враждебных. Мы расширим это представление, полагая, что такие отношения сами образуют некую социальную систему, которую можно анали­зировать с помощью тех же общих понятий, что и другие типы социальных систем. Во-вторых, какая-то социальная система мо­жет быть образована из социальных структур, членов и культур, принадлежащих двум или более обществам. Такие социальные системы многочисленны и многообразны. Американские имми­грантские семьи часто сохраняют действенные связи с родствен­никами на “старой родине”, так что их системы родства имеют американское и иностранное “ответвления”. Нечто подобное можно сказать и относительно многих деловых компаний, профессиональ­ных ассоциаций и религиозных объединений. Хотя, например, римско-католическая церковь и представляет собой социальную систему, совершенно очевидно, что она не является обществом, поскольку по нашим критериям ее самодостаточность очень низ­ка. Минимален ее контроль над экономическими ресурсами через организацию производства; у нее нет автономного политического контроля над территориями; во многих обществах ее члены пред­ставляют собой меньшинство. Таким образом, мы принимаем в расчет социальные системы, имеющие “наднациональный” харак­тер, так как в их составе наличествует множество обществ, и имею­щие “межнациональный” характер, члены которых принадлежат многим обществам


23.01.2014; 00:38
хиты: 19
рейтинг:0
Гуманитарные науки
история
для добавления комментариев необходимо авторизироваться.
  Copyright © 2013-2017. All Rights Reserved. помощь